Никаких «защитнику Отечества». Мы записали про тебя настоящего. Включи звук.
Ты чинишь машину, которая ездит. Мама говорит, что это глупо. Мы знаем, что это единственные три часа в неделю, когда тебя никто не трогает.
Ваня стёр ногу на четвёртом километре. Ты нёс его до самой стоянки и ни разу не сказал, что тяжело. Мы потом узнали, что у тебя спина.
Четвёртый набор отвёрток за шесть лет. Ты сказал, что как раз нужен был. Мы видели, куда ты его положил — в тот же ящик, к трём предыдущим.
«Я не обижаюсь. Просто мне не нравится».
Больше нас и нет. Зато оба настоящие.
Пап, я до сих пор сплю спокойнее, когда слышу, что ты пришёл и закрыл дверь. Мне девятнадцать, а всё ещё работает.
Паха, тридцать лет знакомы. Ты ни разу не подвёл, и это, между прочим, статистика, а не комплимент.
Я был против. Двадцать два года назад. Я ошибался, и признаю это письменно.
Палыч, ты единственный на участке, кто не орёт. За смену ни разу. Я специально считал.
Ты двадцать лет возишь нас всех куда скажут и ни разу не сказал, куда хочешь сам.
Мы уже забронировали. Отказ обсудим, но не примем.
Музыка: its a jazz thing — Smiling Cynic, лицензия CC BY 3.0